«Симфония–Эвритмия» – это совместный проект двух замечательных коллективов, швейцарской труппы «Гётеанума» и немецкого ансамбля Эльзы Клинк.
Первый концерт «Симфонии-Эвритмии» состоялся в 2004 году. С этого момента группа успешно выступает  во многих крупных театрах Европы.
Труппа «Гётеанума» («Goetheanum-Buhne») была создана в городе Дорнах близ Базеля, где зарождалось искусство эвритмии. Постоянным местом представлений этого коллектива является концертный зал великолепного дворца «Гётеанум», построенного по проекту Рудольфа Штайнера. Это самая известная эвритмическая труппа, с успехом выступающая в разных странах, определяющая основные направления развития художественной эвритмии.
Ансамбль Эльзы Клинк («Else-Klink-Ensemble») также имеет непосредственное отношение к истокам этого искусства. В 1924 году Рудольф и Мария Штайнер основали в Штутгарте «Эвритмеум» – школу и место для интенсивной творческой работы по развитию искусства эвритмии. С 1935 года им руководила Эльзе Клинк, чье имя носит теперь эвритмический коллектив. Благодаря ее целеустремленности и блестящему артистическому мастерству, ансамбль «Эвритмеума» завоевал признание и любовь в
обществе, а также международный успех.
Последние годы труппа проекта «Симфония-Эвритмия» неизменно выступает с оркестром «Гнесинские виртуозы» под управлением заслуженного артиста России Михаила Хохлова, представляя европейской публике произведения Шутца, Моцарта, Бетховена, Брукнера, Дворжака, Шостаковича, Шнитке, Губайдуллиной.

Сентябрьским вечером в зале «Дворца на Яузе» было многолюдно, и неспроста, явление эвритмии в России редкость, поэтому полюбоваться на танцевальное чудо собрался весь танцевальный и музыкальный бомонд.
Как значится в программке «эвритмия» – это художественная форма выражения музыки в движении и пространстве. Тело исполнителя становится как бы звучащим
инструментом, передавая все художественные и смысловые оттенки музыки.
Причём сейчас существует три основных направления эвритмии: художественное, педагогическое и терапевтическое. В нашем случае зрителям предлагалось оценить спектакли художественного направления. Однако хоть и неожиданный, но явный психологический лечебный эффект от него на лицо. На красном бархате зрительских кресел царило полное умиротворение все 2 часа, и лишь в конце каждого спектакля зал взрывался аплодисментами и криками «браво».
Первое произведение - «Шотландская симфония» Феликса Мендельсона. На сцене в полной тишине появились исполнители в красно-зелёных шифоновых одеяниях, они начали двигаться - плавно и спокойно, а спустя несколько секунд по взмаху дирижёрской палочки зазвучала музыку, в которую тут же вплелись движения танцоров. Лирические ноты с первых минут создали в зале совершенно особенную атмосферу. Лёгкое трепетание свободных хитонов артистов создавало дополнительную музыкально-движенческую вибрацию, и воздух в зале трепетал от каждого, даже самого незаметного, взмаха руки танцовщиков. Надо сказать, что именно руки составляли основу хореографического инструментария, они, словно чуткий камертон, улавливали малейшие метаморфозы музыки. Начиная от плеча и заканчивая кончиками пальцев, совершали  взмахи, разные по динамике и траектории, колыхались из одной стороны в другую, пускались в волнообразные  змеевидные колебания, вибрировали и опадали. Ноги выполняли по большей части функцию перемещения в пространстве. Собираясь в различные рисунки и, как калейдоскоп, меняя их соответственно музыкальным преобразованиям, интернациональная группа танцоров, словно парила над полом.
Основное отличие эвритмического искусства от традиционной хореографии в отсутствии позиций, движения корпуса практически незаметны, а ног часто размыты, они лишь переносят танцора в пространстве и играют пассивную роль.
Что касается хореографического рисунка, в этом произведении, да и в целом  в эвритмическом творчестве, он очень красив и разнообразен. Необычные построения, мощные массовые переходы, технически сложные, выверенные буквально до миллиметров, смены траектории пути.

Спектакль композиционно можно разделить на 3 части, которые  отличаются друг от друга настроением и преобладанием мобильности или статичности в преобразованиях тела. В первой части спектакля коллектив выступает в роли своеобразного оркестра. Он разбит на группы, каждая из которых словно один музыкальный инструмент. Они вступают в определённые моменты игры именно своей партии. Стилистически  их движения тоже разнообразны и являют собой то-самое выражение музыки через движение, дословно показывая звуковой материал на пальцах, причём в буквальном смысле слова. Вторая часть произведения, в которой танцоры предстают в бело-жёлтых хитонах, более динамичная. Бравурная музыка, под которую танцуют лёгкие, как свежий ветерок, люди, вся пронизана солнцем. Руки здесь более живые и подвижные, можно сказать порхающие, шаги и переходы более быстрые. Пикантности добавил один из танцоров, его забавно- утрированный прощальный battement вызвал в зале весёлый хохот. Наконец третья, пожалуй, самая яркая часть. В заключении артисты решили использовать весь арсенал цветовой палитры: буйство красок, царящее на сцене перекликалось с разгулом хореографической фантазии. Сначала на сцене появилась исполнители в голубых с зелёным хитонах, всё того же свободного кроя, к ним присоединились танцоры в сиреневых костюмах. И если движения первых были легки и воздушны, то с появлением вторых, переходы, волны и взмахи рук стали более размеренными и мощными. Казалось, что артисты закрыты, погружены глубоко в себя, и лишь время от времени выныривают на поверхность бренного бытия. Смена музыкальной темы и, как следствие, настроения исполняемого просматривалась и чувствовалась очень чётко. Размашистые мазки руками по воздуху сменялись нежными и убаюкивающими колебаниями. Девушки в заключительной части были возвышенны и романтичны, а манера мужчин - более жёсткая, сочетающая в себе упругие и динамичные движения под своеобразный марш. На этой мажорной ноте закончился первый спектакль.
После антракта и обсуждения увиденного зрители вернулись в зал. К тому времени сбоку сцены уже обосновался ксилофон. Третий звонок, и зазвучала труба, а следом многоголосое фортепиано. В самом центре площадки опустили кусок белой ткани, который,  словно столп света, озарил всё вокруг. Задник на этот раз был прозрачным и за ним хорошо просматривались фигуры людей. Музыкальный материал: «Ламентате» Арво Пярта – это песнь оплакивания, он многообразен и широк: от поступательных плавных до громких и объёмных нот. Представление состоит из сольных партий и общих кусков. Под звуки барабанов фигуры за прозрачной стеной оживают,  а с вступлением громогласного пиано начинают танцевать, постепенно продвигаясь на авансцену. Весь рисунок второй постановки состоит из чётких геометрических рисунков и кругов. Поначалу кажется, что исполняет постановку совершенно другая танцевальная компания, все движения более техничные, насыщены мощной энергетикой. Очень хороши сольные куски: партия девушки под одинокий звук клавиш – вздрагивающие, трепещущие кисти и чуть скованные плечи, все пластические миниатюры в полукруге танцоров (напоминающие ритуал молитвы), у мужчин лёгкие точки руками в воздухе на музыкальные акценты. Надо сказать, что особенную атмосферу этого представления создала именно музыка, насыщенная эмоциональными переливами, она проникает во все клетки тела и наполняет потрясающим ощущением гармонии. Особенно стоит отметить потрясающий звук ксилофона, напоминающий падение капель  тихой ночью. Он нагнетает  обстановку и создаёт чувство безотчётного ожидания чего-то. Благодаря такому музыкальному сопровождению все танцоры будто светятся изнутри, их лица одухотворены, а жесты волнующи и притягательны.  Спектакль закончили очень эффектной сценой метания людских фигур по всей площадке. Наконец, смолкла музыка и угасли движения артистов, они склонились в красивом поклоне, а зал утонул в аплодисментах.

Состав труппы проекта «Симфония-Эвритмия» более, чем разнообразен: в нём участники различных возрастов, типажей и комплекции, однако это вовсе не портит впечатление, а скорее создаёт  целостную картину и более независимый образ. Вряд ли у исполнителей есть профессиональная хореографическая подготовка, скорее тонкое чувство музыки и ритма. Их движения  порой недостаточно слаженны, они отличаются по манере, несмотря на единую смысловую нагрузку. Но это, пожалуй, единственный недостаток коллектива. Знакомство России с эвритмией, вот уже несколько лет, будоражащей Европу, прошло удачно, надеемся на плодотворное общение в будущем!

Фото Александр Аристов