Голубые волны прибоя,
Сосны сжали корнями песок,
И в лазурном восходе - Троя,
Гордый город грядущих тревог.

А над волнами в синем просторе -
Игры чаек, гортанных певиц.
Молдая троянка в хитоне
В танце вторит полетам птиц.

Можно ль было предвидеть в идиллии,
Что вдруг флейты беду запоют,
И прибывшие к Трое флотилии
Разорят ее и сожгут.

Будут счастливы слезною болью
Все, кто будет чудесно спасен.
Крики чаек посыплются солью
В перекаты бегущих волн.

Вскинув руки, троянка в хитоне,
Как на крыльях, к чайкам спешит.
Ей не место в ахейском полоне,
Там, где праздник распрей изжит.

Ей сказали, что есть где-то море
С берегами янтарно-лазурными,
И в полете откроется вскоре
Дивный берег с названием Юрмала.

Здесь когда-то опять она станет
Милой девушкой в синем хитоне,
И играющий с волнами танец
Полно вспомнит душа ее вольная.

Её звали когда-то Лариса
Но столетья в анналах уснули.
Образ чайки на взморье балтийском
Откликается именем Юлия.

Волны музыки, грация, пластика -
Все, что взято на крыльях с собою,
Дарит "чайка" от носа до хвостика
Янтарю и лазури прибоя.

Вновь пленяет легкими статьям
Танец эллинской нежной любви.
Это лирика давней памяти
Кружит в творчестве Тагали.

(2005)