На сцене Большого театра завершились гастроли Королевского балета КовентГарден. Эти гастроли стали двойным событием для москвичей. На сегодняшний день прима-балериной Королевского балета является Наталья Осипова –с 2004 по 2011 балерина Большого театра, имеющая рекордное число поклонников.  Именно желание увидеть "Новую Наташу"  привлекло  многих в зал.

Наташа изменилась и не изменилась.  Она переезжает из города в город, из страны в страну, танцует на самых разных сценах, работает с разными партнёрами и педагогами, но не теряет в себе то, что выделяло её среди многих ещё на концертах Московской академии хореографии – лёгкость сердца и необузданное свободолюбие. В ней не накопилось ни грамма усталости и скуки, в ней чувствуется всё та же невыдуманная любовь к танцу – она всё такой же оголенный нерв, всё та же обнажённая кожа, дышащая каждой порой. Природная простота и открытость помогают ей побеждать условности и не становится звёздной занудой.

Интригует то, что в Наташином теле уживаются дерзко страстная бесшабашная девчонка и шикарная дама – балерина абсолюта. За годы творческих странствий артистка развила дарованные ей природой возможности – её гимнастическое тело стало ещё более мягким и податливым и, в то же время, в нем появилось больше лоска и элегантности.

Современный танец никогда не был для Наташи чем-то, чему надо учиться. Хоть хореографию Уилдона, хоть хореографию МакГрегора она танцует, не напрягая ни один мускул – отдаётся танцевальному потоку с шаманским блаженством и в каждом движении открывает сокровенный эмоциональный смысл. Невольно в уме проскальзывает мысль, что эту хореографию артистка придумала сама – так она ей удобна и понятна. И когда Наталья заходит за кулисы – восстанавливает дыхание, "выстреливает" в воздух слова облегчения, разминает уставшее тело – это удивляет…  Удивляет потому, что убеждает в том, что за пределами сцены Наташа просто человек из плоти и крови, способный и устать, и расслабиться, но на сцене… на сцене она обладает гипнотической энергией Сверхчеловека! Она обрушивается на время жизни, как внезапная гроза, разрушает её размеренные ритмы, сотворяет вдохновляющий хаос.

В актёрской игре Наташа не утеряла "русскости" – такая же смелая, как и раньше. В ответ на то, как складывался её образ Манон, говорит, что очень благодарна педагогам труппы – они разъяснили ей все тонкости стиля спектакля. "А дальше – продолжает артистка –я просто хорошо прочувствовала характер и поняла поступки героини. Выхожу на сцену и становлюсь ею. Мои эмоциональные реакции мгновенны, я импровизирую, и, порой, непредсказуема даже для самой себя".

Именно благодаря этой внутренней раскрепощённости, образ Манон Наташи Осиповой получился настолько объёмным, многокрасочным и увлекательным для зрителей. Смотришь и кажется: вот она точка в её характере, вот, ты разгадал её натуру, но в следующую же секунду "все карты разбросаны", и она опять чем-то удивляет.

В первом дуэте с де ГриеМанон Натальи Осиповой – трогательная совершенно простодушная девушка-дитя, нежная робкая влюблённая. Она до такой степени убедительна в своей невинности, что тем, кто знает сюжет, становится страшно, что в последующих сценах коварных соблазнений артистка будет смотреться беспомощно, что амплуа "роковой красотки" вовсе не для неё или не под настроение сегодня. Но в эпизоде грязной продажи Манон богатому господину всё меняется.  Наивное дитя вдруг оказывается совсем не таким наивным,  умудряется быть Над ситуацией, превратиться в королеву, когда из неё пытаются сделать рабыню. Манон тихо подчиняет себе обоих мужчин – не становится заложницей чужого выбора, а сама определяет этот выбор, показывает себя человеком, который проигрыш умеет превращать в выигрыш.  
Когда Манон появляется в бальной зале в качестве спутницы Леско, её женское обаяние обретает страшную силу. Она кажется колдуньей, способной сжечь сердце любого мужчины – одним взглядом ставит на колени, одним движением руки опутывает паутиной страсти. Она получает наслаждение от всех благ настоящего мгновения и искренне любит в себе ту новую красивую женщину, которую открыла по воле случая – любуется своим роскошным платьем, драгоценностями и необременительно обменивается нежностями со своим престарелым "меценатом".  Манон заставила его уважать себя. Она не безделушка, не фальшивка, а бесценноесокровище в его глазах, не просто любовница, а друг. Не из снисхождения, а с искренней нежностью Леско выполняет все её капризы, и сам, похоже, удивляется своему внезапному благородному преображению. Недоступная и загадочная для других с ним она обаятельно проста. Но игра в светскую диву и подругу для души не мешает жизни искреннего чувства в сердце Манон, которое обнаруживается в одном лишь взгляде – беззащитно честном, трепетном, обескураженном взгляде, который она обращает к де Грие, прежде чем с наслаждением начать жестокие женские пытки его сердца. Она тонко насмехается над публичным отчаянием брошенного любовника, его тревожная суета лишь придаёт ей сил, раззадоривает её капризное женское сердце. Она нарочно вызывает ревность, дразнит молодого любовника пикантно-озорным огоньком в глазах, прельщает страстными позывами гибкого тела, дерзко смеётся и не даётся в руки.

Не менее динамична и выразительна "постельная сцена". Оставшись наедине со своим обожаемым кавалером, Манон продолжает начатый на балу спектакль – кокетливо ломается, дует губки, обиженно-нетерпеливо кидает ножка на ножку, скучающе прикладывает руку к щёчке и наотрез отказывается отчитываться в неблагостных поступках своего недавнего прошлого. Тщетны досадливые призывы её кавалера. Каяться она ни в чём не собирается и отдаваться ему не торопится, доводит с головой утонувшего в страсти и ревности мужчину до последней точки кипения… он ударяет её в ответ на сердечную боль, которую терпит, и после этой крайне возбуждающей ссоры влюблённые кидаются друг на друга со звериной страстью.

В Портовой сцене тело Натальи меняется до неузнаваемости – её мышцы будто надорваны, растрёпаны также, как её платье и причёска, артистка вся отдаётся сознанию собственного бессилия, истощенности.И как бы страшно это не звучало, есть в ней особый шарм предсмертности.

Крайне натуралистична в исполнении танцовщицы и сцена насилия Манон Надзирателем: несмолкаемое напряжение во всём теле, инстинктивность отторгающих движений.

В прощальном танце тело Манон то страстно напрягается, как пружина, то цепенеет в отчаянно-печальном порыве и кажется опавшей листвой. Она под трепетной опёкой де Грие... Любовь, в которую Манон так долго играла, которой избегала и боялась отдаться до конца, именно эта Любовь приходит ей на помощь и жаждет удержать в жизни. Тщетно……

Когда продолжительные аплодисменты стихли, Наталья ушла со сцены в обнимку со своей первой любимой театральной мамой – Мариной Викторовной Кондратьевой. Они не расставались все годы работы Натальи в Большом. Наталья – личность яркая и самостоятельная, грубого давления на себя не выносит, но всегда готова к продуктивному диалогу, и потому, чуткая и деликатная Марина Викторовна была для неё идеальной наставницей. Именно Марина Викторовна помогла Наташе раскрыть свою индивидуальность в полную силу, разобраться в том, кто она есть, прочувствовать и понять своё тело, научиться превращать все недостатки в достоинства, сделала её по-настоящему взрослой в профессии и, как самый честный бескорыстный родитель, отпустила в свободное плавание.

Автору статьи посчастливилось наблюдать те бесконечные занятия, в которых ни педагог, ни ученица не знали устали, и приятно видеть сегодня, что, Наташа, шагая вперёд, творчески развиваясь, не предала ни один урок Марины Викторовны – она верна прошлому, её сердце любит и помнит, а тело хранит все тайны мастерства, разгаданные когда-то в репетиционных залах Большого.